Рижский мир 1921 года, поставивший точку в советско-польской войне, на бумаге обещал белорусам автономию и равноправие. Но реальность оказалась куда суровее: Западная Белоруссия превратилась в зону жесткой ассимиляции. Варшава, рассматривая эти земли лишь как временное приобретение, начала методично вытеснять местное население из всех сфер жизни, закрывая школы и превращая православные храмы в хозяйственные склады.
В селе Рубежевичи это «временное» решение обернулось трагедией. Когда военные объявили о закрытии церкви, возмущенные прихожане вышли на протест. В завязавшейся стычке была тяжело ранена Ганна Смолич.
В это время жизнь текла своим чередом: плотник Павел Смолич, работавший у торговца Соломона, пытался ухаживать за его дочерью Майей. Идиллию прервал Юрек Шимановский — сын начальника местной погранзаставы. Он принес страшную весть: мать Павла при смерти. Умирая, Ганна взяла с сына последнее слово — помириться со старшим братом Антоном, который ушел в лес к партизанам.
Встреча братьев была далека от семейной теплоты. Антон, командир отряда, предложил Павлу сделку: месть за мать. Целью должен был стать отец Юрека, начальник заставы. Вскоре в дела партизан вмешалась большая политика: из РСФСР прибыла разведчица Леся Рубцова с приказом ликвидировать провокатора, внедренного поляками в подполье.
Операция в здании суда прошла успешно, но обернулась хаосом. Прикрывая отход Леси, Антон увел погоню за собой, а сама разведчица, спасаясь, ворвалась в лавку Соломона. Павел, который в тот момент выбирал ткань для савана матери, оказался втянут в опасную игру: под дулом пистолета он был вынужден провести Лесю к границе.
Вскоре Павла арестовали. Варшавский следователь, надеясь выйти на Антона, устроил засаду на кладбище, зная, что сын придет на могилу матери. Однако план провалился. Павел, сумевший перейти границу и встретиться с Лесей, узнал из газет об аресте брата. Объединив усилия с партизанами, они совершили дерзкий налет на тюрьму, вырвали Антона из рук польских властей и переправили его на советскую сторону. Так личная драма одной семьи стала частью большой борьбы, развернувшейся на расколотых границах Европы.
